ВАШИ ГИДЫ ПО ДУБЛИНУ:
VLAD HARTLEYEIDE HARTLEY


Привет из Дублина всем, кто устал от банальности, кто дерзок и смел. Здесь, в самом сердце гордой и зеленой Ирландии, мы рады всем и всякому и всегда готовы плеснуть вам свежую пинту гиннесса. Присоединяйтесь и помните, что чтобы то ни было, никогда не поздно СДЕЛАТЬ ЭТО ПО-ИРЛАНДСКИ! х)


ДУБЛИН В ТОПАХ:
Рейтинг форумов Forum-top.ru LYL

ХОРОШАЯ ЖИЗНЬ РАЗЫСКИВАЕТ ЭТИХ РЕБЯТ:


В ФОКУСЕ:


CELTIC WAY

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CELTIC WAY » AU » sweet face better taste;


sweet face better taste;

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

SWEET FACE BETTER TASTE


https://cdn.dribbble.com/users/1363885/screenshots/3836544/camp_fire3_2.gif

КТО
Эйд (26) и Влад (16)
КОГДА
лето
ГДЕ
лагерь талантов в Ирландии, июльская смена

О ЧЕМ
Мальчики из обеспеченных семей должны быть разносторонне развитыми, в том числе в области искусств. Их родителям даже не жалко отвалить за это баблишко, чтобы отправить любимое чадо в соотвествующий лагерь за границей. Вот только даже тематический хороший лагерь не перестает быть лагерем - местом, которое полнится гормональными подростками, почти такими же гормональными вожатыми и несчастными взрослыми, которым приходится заменять отца, мать, старших братьев и сестер, фигуры для подражания и объекты смещенной сексуальной активности...


[icon]http://sh.uploads.ru/Xtbd9.jpg[/icon]

+1

2

-  Мистер Харли просто се-е-екси, - растянула последнее слово Лиз и, послав воздушный поцелуй, исчезла в коридоре.
-  Секси, - скептично фыркнул Влад, - ну это главное в преподе гитары.
-  Ты просто ничего не понимаешь в женской психологии.
-  Да куда уж мне, действительно, - он развернул карамельку “Гусиные лапки” и кинул в рот, вторую кладя на протянутую ладонь Ноа. - Ты поговорил со своим отцом?
-  Йеп, - издал одобрительный звук рыжий, как всё семейство Уизли, ирландец и захрустел русской конфетой. - Если твой папанька пришлёт факсом заверенное нотариусом разрешение на выезд в город в сопровождение моего отца, то отвезём тебя в Дублин. Что написать в разрешении я скажу.
-  Спасибо, - от души поблагодарил Влад. - А то это полный отстой, приехать в Ирландию и не увидеть ничего, кроме подстриженных лужаек лагеря.

Вообще он не должен был тут застрять. Они ещё зимой договорились с парнями о Франции, и сейчас Влад должен был заселяться в квартиру в центре Парижа. Три недели свободы без надзора родителей, под юридически оформленным присмотром старшего брата Дрона, а по сути - ни под чьим. Конечно они были уже совсем взрослыми - окончили целый десятый класс и некоторые уже перешагнули через семнадцать лет и устремились к совершеннолетию, но без кучи подписей и опекуна за границу их ещё пока никто бы не выпустил.

Влад в их компании был самым младшим - всего шестнадцать - но вполне себе разумным и самостоятельным, поэтому никто не беспокоился, что он мог наделать глупостей вдали от Родины. Однако Юрий Сталенович Троекуров, отец Владислава Юрьевича и по совместительству генерал ФСБ, решил, что его талантливому ребёночку для поступления в лучший вуз страны категорически требуется заграничный творческий лагерь. Иностранный язык подтянуть и всякие лицедейские навыки, вроде ораторского искусства, сценического мастерства и игры на гитаре. Нахрена козлу баян, а Владу, окончившему с золотой медалью музыкальную школу по классу гитары - уроки гитары, он не знал, но уже давшего добро на Францию Юрия Троекурова сбили с мыслей праведных друзья по качалке рабочих мозолей на животах в генеральских кабинетах. И тот загорелся желанием сдать младшее дитятко на воспитание загнивающим эуропэйцам. Рассмотрел сотни предложений и остановился на стране клевера, пива и лепреконов. В Ирландии было минимально пафосно, максимально дешёво (если не считать всякое ближнее зарубежье, типа Болгарии и Прибалтики), а также безопасно, ибо остров, куда сыночка денется? Вокруг вода.

Нет, конечно, ирландский творческий лагерь - это не три смены в Подмосковье, но все парни в Париже, а он здесь. В дурацкой ярко-жёлтой футболке с логотипом лагеря - у каждого отряда свой ядрёный цвет, им выдали по три штуки каждому, низ разрешили оставить свой. Вроде как это организует, дисциплинирует и сбежать сложнее, в такой-то оптической сигнализации. Правда, кроме Влада тут никто и не хотел сбежать. До самого отъезда каждый, КАЖДЫЙ высказался на тему, какое же несказанное счастье ему привалило и что этот каждый просто мечтает побывает на его месте. Он даже пытался продать путёвку по дешёвке и на эти деньги рвануть во Францию, но всё упёрлось в сопроводительные документы, которые Лен - старший брат - наотрез отказался подделывать. И ещё дал подзатыльник, “чтобы хуйнёй не маялся”.

Пришлось смириться и не маяться.

Кормили здесь так себе, куча картошки, варёные овощи и баранина, которая пахла овцой. Влад терпеть не мог баранину. Чай, судя по убийственной долбёжке кофеина и горечи в чашке был смесью “Английский завтрак”, а яичница без жидкого желтка и поджаренной корочкой. Которую он тщательно отковыривал сегодня утром под неодобрительные взгляды вожатых. А что? Ну не ел он эту корочку с мерзким вкусом.

А вот люди вокруг ему понравились. По-большей части ирландцы, жизнерадостные, открытые, добродушные, с жутчайшим акцентом, но терпеливо повторяющие каждое непонятное слово. Комната ему досталась с рыжим-рыжим конопатым Ноа, коренным дублинцем, который мечтал когда-нибудь стать классическим музыкантом и играть в крутом оркестре под руководством крутого дирижёра. Рядом жили две девочки из Испании, ещё он мог поклясться, что слышал русскую речь, но в их отряде никого из Руси-матушки не наблюдалось. Правда он ещё слишком недавно здесь, чтобы познакомиться со всеми. 

А ещё Ноа обещал вытащить его  на выходных в Дублин. Может и не так всё плохо. И девчонки красивые. Влад пригладил футболку ладонями, критически осмотрел себя в зеркале и поправил серёжку в ухе - крошечный металлический гвоздик с оберегом Молвинец.

-  Ладно, пошли смотреть на этого препода-секси.

Влад подал руку Ноа, стаскивая его с кровати. Тот навалился сверху и получил пинок, от которого увернулся, выталкивая русского в коридор. Они понравились друг другу с первого автобуса, после того как Влад уронил на своего будущего солагерника сумку. Ноа помог ему затолкать багаж, затем поделился колой и чипсами, а он русской шоколадкой, и на территорию их трёхнедельного заключения они въезжали уже друзьями, смеясь как два здоровых коня на весь автобус. В комнату заселились тоже вместе. И на занятия по гитаре записались друг за другом. Ноа - потому что притащил с собой не только контрабас, но и басуху, а Влад - потому что не на виолончель же ему записываться, он её только у Вики трогал. Прямо перед тем, как начать трогать уже саму Вику.

На первое занятие будущее обеих наций примчалось пихая друг друга и зубоскаля ровно в ту минуту, когда ещё одна и стало бы опоздание. Но они успели. Наверное.

-  Мистер Хартли! - бодро рявкнул с порога Ноа и дёрнул за собой Влада, который не ожидал такого грубого с собой обращения, запутался в собственных ногах и ножках кресел, чуть не упал на Стейси, облапав её за бёдра и, ткнувшись носом в роскошные формы, заговорщически подмигнул, облизнулся, получил в ответ многообещающий взгляд, одобрительный шлепок по заднице, и наконец-то добрался до свободного стула, со скрежетом проезжаясь металлическими ножками по полу, прежде чем рухнуть на его мягкое сиденье. Звезда приехала, можно начинать!
-  Простите, - виновато улыбнулся он и посмотрел наконец на преподавателя.

Потом он скажет, что лужа там уже была. И нисколько он не накапал её то ли слюнями, то ли ещё чем похуже. И пониже. Потому что мистер Хартли был секси. Прямо вот таки ходячий и слегка небритый секс. Молодой, но уже в самом расцвете всего, с длинными чёрными волосами, пронзительными тёмными глазами, и вообще Влад почувствовал, как шкала удовлетворения лагерем резко рванула вверх. Вместе с членом.

-  Прекрати чавкать, - еле слышно произнёс Ноа.
-  Чего?  - не понял Влад, отчасти из-за шёпота, отчасти из-за акцента.
-  Слюни, говорю, подотри, а то я плавать не умею, утону.
-  Очень смешно, - фыркнул Влад, даже не собираясь отводить взгляда от преподавателя. И ничего он не чавкал. Ну так, незаметненько облизал взглядом. Слегка. Имеет право, красивый мужик, преподаватель, а куда ещё смотреть, если не на него?

А с ориентацией у него было отлично. Суперотлично. Мегаотлично. Как и у любого нормального среднестатического подростка у него ориентировалось на всё хоть сколько-то симпатичное и двигающееся. А что? Время исследований и открытий. Надо попробовать как можно больше и дать попробовать всему себя. И прямо сейчас Влад захотел попробовать Эйда Хартли.

-  О’Клери Ноа, - услышал он сбоку, как представляется друг, приподнимаясь на стуле. - А это Влад… э-э-э… три… трое… короче, русский.
-  Наше русское бедствие, - засмеялась рядом Лиз, оставившая им те самые два свободных места сзади. - Падучее. Постарайтесь не оставлять рядом с ним бьющиеся предметы. Небьющиеся тоже. 
-  Я наполовину румын, - вытащил первый козырь Влад, поднимаясь и показывая прекрасного себя. Идиотская футболка, но джинсы классные. Дизайнерские. В обтяжку. Хотя после такого представления ему, похоже, джинсы уже не помогут.  - Троекуров Владислав. Или просто Влад. И я не виноват, что кто-то оставил там тарелки! Их там не должно было быть!

Теперь смеялись уже человек шесть. Все свидетели его эпического падения в гору грязной посуды, которую он не заметил, увлёкшись рассказом и не вписавшись в поворот. Ну вот такое он неуклюжее бедствие. Его конечности, решившие вырасти на дохреллион сантиметров разом, ещё плохо ориентировались и укладывались в пространстве. Даже танцы и прочая спортивная фигня мало помогала мозгу соотносить новые размеры и расстояние до хрупких вещей.

Но спасибо, что выставили его идиотом. Иногда он ненавидел людей. 

[status]очень озабоченное солнышко[/status][icon]http://s7.uploads.ru/yfYGk.jpg[/icon][sign] ЛАГЕРЬ ЕСТЬ ЛАГЕРЬ, СРОК НАДО ОТБЫТЬ ПОЛНОСТЬЮ. [/sign][lz]ВЛАДЕНЬКА ТРОЕКУРОВ, 16
» отбывает ссылку в творческом лагере в Ирландии, пытается в рок-музыканта
» ориентируется на всё, даже если оно уже давно не шевелится, но мистер Хартли всё-таки се-е-екси
[/lz]

+1

3

- Хэй, ты чего такой замороченный?

Эйд среагировал не столько на низкий, с хрипотцой, голос Марка, материализовавшийся внезапно над ухом, сколько на ощутимый тычок кулаком в плечо от него же. Сигарета уже дотлела до фильтра, пока он не затягивался и грозилась обжечь пальцы. Курилка персонала опустела, хотя когда он пришел, было полно народа. Он даже с кем то говорил, он помнил. О самом факте. А вот с кем...

- Алё, вернись на землю, печальные рок-музыканты становятся знаменитыми только после смерти.

- Хаха, очень смешно, - Эйд потёр лицо ладонью. - Прости, просто задумался. Я давно уже никуда не пропадал из Дублина так надолго. Сложно сосредоточиться на "здесь и сейчас" порой.

- Понимаю, в первый раз у самого так было. Я был маменьким сынком, впервые куда-то уезжающим в одиночку. Дети о жизни знали больше, чем я, что уж там. А потом ничего, отпускает. Хотя... - Марк глянул на него ненадолго. - ...В общем, да, понимаю.

- Мне вообще-то здесь нравится, знаешь. Вроде в лагере, но как-то свободнее, чем в городе. Несмотря на работу.

Эйд потушил бычок о край урны и выкинул.

- Народ приятный, даже никто не косился, что я опозданием на пару дней приехал. Первая планерка нормально прошла. Хоть про что-нибудь еще послушать можно, кроме нот, терций и какой дирижер мудак. Какой смысл вообще обсуждать, что дирижер мудак, если это опция по умолчанию и не отключается?

Он чуть ухмыльнулся, фыркнув. Марк улыбнулся в ответ от уха до уха. Классическая музыка их обоих знатно потрепала, но Марка эти бдсм-отношения устраивали, а вот Эйда... С музыкой у него проблем с самой по себе не было, но после того, как он буквально сбежал из Дублина, ему хотелось пересекаться с ней по-минимуму. Поэтому "классики" были у Марка, а у него... А у него было экспериментальное чудовище с названием "Класс эстрадной музыки". Чудовище, отданное в руки новичку как в лагерной жизни, так и по части педагогического общения с подростками старшего возраста. Они даже приняли то, что он выдавал за программу с умным видом. Даже сказали не париться, если не выйдет - все равно количество детей ограничено - только старшенькие, опозорится не на весь лагерь, да и вожатые подсобят, если что.

- Расслабься, в общем. С детьми пообщаешься, зарядишься от них жизнью. Заскучать они не дадут, много думать - тем более не дадут. Ли тебя не зря сюда отправил - если это тебе не поможет, то вообще не знаю, что тогда поможет.

Марк похлопал его по плечу ободряюще.

- Когда там у тебя вводное?

- Да вот как раз минут через двадцать. Еще курну и пойду.

- Видок у тебя, конечно...

- А что с ним? - Эйд даже оглядел себя. Вроде все адекватное: футболка белая обычная с линейным абстрактным принтом, джинсы темные, обычные, даже почти молодежные, ботинки...

Оглядел еще раз. пока Марк не засмеялся:

- Все прекрасно, если ты собрался поднять уровень гормонального напряжения... Не только у детей.

- Ой, да иди ты! - Эйд тоже издал смешок и отмахнулся. - Топай давай к своей мелкоте, или кто там сейчас у тебя.

- Топаю. И даже не вздумай увильнуть от организации первого костра под оправданием, что ты позже приехал!

Под последнее предупреждение от Марка, Эйд снова остался один на один с новой сигаретой. Да, ему определенно тут нравится. И некоторый - очень конкретный народ - действительно приятный. Осталось наконец-то на детей еще посмотреть.

***

- Всем доброе утро.

В класс он пришел почти минута в минуту к началу занятия. Пришел в класс, а попал как будто в колледж. Они тоже, интересно, так выглядели в старших классах, или это только сейчас старшеклассники начали выглядеть старше некоторых взрослых? От пестрых цветов лагерных футболок рябело в глазах, и первым порывом было, вместо того, чтобы представиться, забанить лагерные футболки на своих занятиях. Порыв был успешно подавлен, но не забыт. Народу было много, но на то оно и вводное занятие - все хотели пощупать предложение и решить, хотят они потратить часы своей жизни на это или нет.

- У кого недоброе, тем сочувствую, боги расписания к вам неблагосклонны сегодня. Вам, наверное, уже сказали, но все равно представлюсь - Эйд Хартли. Но лучше просто Эйд - так нам будет проще общаться, и мы не в школе. Я...

Нить мысли он утерял, стоило в класс ввалиться предсказуемым опоздавшим. То есть, невероятно шумным опоздавшим. Эйд постарался не закатить глаза по привычке.

"Так, просто помни, что сейчас ты типа дирижер."

- Мистеры Опоздавшие! Вы как раз вовремя, чтобы пропустить тот момент, когда я попросил не называть меня мистером. Садитесь давайте оба.

Эйд на миг встретился с искренне-виноватым светлым взглядом второго опоздавшего паренька, не такого рыжего и вообще на вид не ирландца и даже кивнул на "простите", провожая обоих до стульев.

- Для начала, перекличка, чтобы я смог посчитать потом, кто не переживет вводное занятие. Называем имя-фамилию, и на каких инструментах умеете сносно играть. Под сносно я имею ввиду не два пособия, робко освоенных дома и сыгранных только маме и очень тихо, а практику, хоть какую-то. С вас и начнем, молодые люди - последний пришел, первый вошел.

Парень со светлым взглядом и впрямь оказался не ирландцем: что ж, что-то восточноевропейское в нем действительно читалось. Так же громко, как презентация опоздавшей двоицы. Эйд чуть прищуривался, наблюдая за очередным представлением, скрестив руки на груди. Как там Ли говорил - дай им отгормонить, и они сами к тебе потянутся? Из Ли еще бы охуенный наставник джедаев вышел, определенно.

Удивлен Эйд был не особо - мальчики оба красивые, интересные, сдружились и, в отличие от него самого, приехали вовремя и уже успели себя зарекомендовать среди сверстников, судя по взглядам и заигрываниям. Светлоглазого звали Влад, что делало его вкупе с происхождением, вероятно, кладезью шуток на известную тему. И до конца переклички, между отметками в перечне, взгляд цеплялся за него, потому что мозг запоминает крайнее что угодно.

Наконец, инструменты были записаны, а все дохрена человек отмечены, и можно было переходить к сути.

- Итак... Полагаю, все смотрели "Школу рока"? - все одобрительно закивали и задакали. - Молодцы. Теперь вы точно знаете, чего не будет на этих занятиях, - он улыбнулся. - Я не буду знакомить вас с классиками рока и учить отличать фишки AC/DC от фишек Iron Maiden. Это для новичков. В первую очередь, я жду тех, кто уже в таких вопросах подкован, а не таких, кто знает эстрадную музыку не только на уровне "о, ну вот. я слышал вот это вот по радио им не вроде как понравилось, а кто пел - не знаю". И я не зря спрашивал у вас про все инструменты, на которых вы играете. Классические инструменты - это хорошо, но на эстраду с ними далеко не уплывешь в одиночку, это давно перестало быть фишкой, которая выделит вас на фоне конкурентов. Но это может быть вашим инструментом. Цель этого курса как раз в том, чтобы дать вам понимание того, а что же вас тогда выделить на этом самом фоне конкурентов, если вы хотите быть исполнителями. Вдохновение и идея - это штука хорошая, но давно прошли те времена, когда все было просто и понятно, и кучи отважных парней с гитарами наперевес просто шли навстречу к мечте. Теперь между вами и мечтой стоит кордон условностей, который надо прорвать, чтобы заниматься любимым делом. Или перелезть через него. или сделать подкоп. Или обойти периметр и зайти с тыла.

Сложно было судить о заинтересованности аудитории в общем, но пока, кажется, никто не порывался уйти.

- Никаких лекций на занятиях не будет. У нас будет что-то вроде симулятора  начинающей группы. На первом занятии, когда определится окончательное количество тех, кто останется участником, на основе ваших предпочтений и инструментов я разобью вас на отдельные ансамбли, и каждый ансамбль за время нашей с вами работы пройдет путь от сплочения и поиска себя до своей первой организаторской деятельности.

"Которую я пока сам не до конца знаю, как организовать..."

- От вас, само собой, требуется не кидать своих товарищей, если вы решили остаться, иначе нам придется инсценировать мучительный сценарий "Наш вокалист нас бросил и ушел соло, развалив группу". Никто не любит таких вокалистов. И, конечно, вам придется репетировать вне этих занятий. У нас имеется, хоть и ограниченный, но набор инструментов, которые предоставляет лагерь, две драм-машины, один ноут, заточенный под драм-машину и одни живые барабаны, но их доступность надо проверить. Вроде пока все, что вспомнил. Ну что, немного попрактикуемся? Раз уж вы все равно пришли...

Он глянул опять почему-то на Влада, который от многаслов ушел в состояние легкого гипноза.

[icon]http://sh.uploads.ru/Xtbd9.jpg[/icon]

+1

4

-  Музыкальная школа по классу гитары. И фортепиано, семь лет, - со вздохом признался Влад в своих достижениях, умолчав, правда, о золотой медали, всяких дурацких дополнительных курсах и индивидуальном педагоге по гитаре “чтобы не забывал после окончания музыкалки инструмент”. Он её даже притащил с собой в Ирландию. Отец настоял. Гитару, а не педагога.

Его образование было пунктиком отца. Вообще - образование всех детей. Стален - старший брат - окончил академию ФСБ и пошёл по стопам отца в спецслужбу куда-то, где было “нормально и занимались одними бумажками”. Влад понимал и особо брата не допрашивал, к тому же жил тот сейчас отдельно, в своей квартире и родных навещал не особо часто, больше звонил. Оля, сестра, училась в Англии на врача и появлялась дома ещё реже, чем Лен, только на каникулах. В последний раз привезла с собой какого-то смущающегося англичанина и представила как своего ухажёра. Влад сильно сомневался, что тот в этом же статусе и остался, после того как Троекуров-старший позвал на помощь и на торжественный семейный обед явился Троекуров-средний в форме и уже с двумя орденами на груди. Троекуров-младший набивал себе синяки на лице ладонью и гладил сестру по спине, успокаивая сначала её, а затем и англичанина, которого поселили с ним в одной комнате, благо кровать брата всё ещё стояла на месте. Разумеется, положить незнакомого мужчину в одну постель с дочкой Юрий Сталенович наотрез отказался.

А Владу похоже готовили что-то феноменально дорогое и суперперспективное, возможно даже за границей. И поэтому отец старался запихнуть в ребёнка как можно больше разнообразных знаний, уговорить поучаствовать во всех Олимпиадах и конкурсах в каких вообще было возможно, желательно международных, чтобы получить баллов для поступления, и при этом не забывать про досуг и друзей, и что любому подростку необходимо общение со сверстниками и личная жизнь. На всякие глупости типа курения алкоголя и чего потяжелее у Влада уже банально не оставалось времени. Хоть какой-то плюс был в его безумной, насыщенной всем жизни. Правда, и сигареты, и алкоголь и даже что потяжелее он всё равно успел попробовать. Всё у тех же сверстников, организующим его общение.

Но вот лагерь был уже перебором в папином стремлении его всесторонне и глубоко развить. Он итак уже ощущал эту самую глубину развития примерно размером с Марианскую впадину. Настолько некоторые его способности уже погрузились в пучину, что даже не достать.

Хотя прямо сейчас он готовился пересмотреть тяжесть своего ирландского заключения. У мистера Хартли оказалась не только се-екси внешность, но и секси-акцент, который превращал его английский в какой-то очень странный набор звуков явно инопланетного происхождения, потому что такое количество рядом стоящих “ха”, “эр”, “а” и “гхра-а-а” не могло возникнуть ни в одном земном языке мира. Ну, то есть этот акцент был у почти у всех ирландцев, которые приехали в лагерь, то есть практически у всех, с кем довелось пообщаться Владу, но почему-то именно у мистера Харли это кхакающее скрежетание вызывало не зубную боль, а активное слюноотделение, как у собачки Павлова, которую уже пару недель не кормили.

-  Ноа, хелп, - одними губами произнёс Влад, сопроводив призыв о помощи умоляющим взглядом. Ноа посмотрел на него и понимающе хмыкнул.
-  Ничего особенного, мистер, - выделил он “мистера” - Хартли рассказывает, как с первого мгновения был околдован твоим блядущим прекрасным личиком и собрался вести тебя под венец. Гейские браки то разрешили.
-  Придурок! - Влад закатил глаза и пнул соседа по ноге. Тот в последний момент увернулся, удар попал по стулу, и пришлось снова извиняться.
-  Что? Я устраиваю твою личную жизнь, - зашипел рыжий источник шума, когда преподаватель вновь вернулся к прерванной речи. - Кто мне жаловался на отсутствие большой и чистой любви? 
-  А ты можешь её начать устраивать чуть попозже? Я пытаюсь понять, что он говорит!
-  Господи, да ничего интересного он не говорит. Говорит, что задачей курса является превращение нас в конкурентоспособных молодых востребованных специалистов и бла-бла-бла, ну всё, как в рекламной брошюрке. И он типа разделит нас на группы и будет делать звездунов. Если ты всё ещё хочешь ходить на его курс. Но ты хочешь, я по тебе вижу. У меня с собой бас-гитара, правда в комнате, - это Ноа сказал уже совсем громко, вставая с места и обращаясь к преподавателю. - А наш прекрасный и талантливый русский пел в хоре и у него офигенный голос. А ещё, не могли бы вы проявить сострадание к неместным и говорить помедленнее и почётче, а то Владу очень тяжело идти к мечте не понимая, в какую сторону двигаться. Ирландский акцент, это не то, к чему жизнь его готовила. Ай! Прекрати меня избивать! Иначе я стукну в ответ и будет международный скандал!
-  Простите, - тяжело и на всю аудиторию вздохнула Лиз, - они у нас два дурачка. Сядь, уже! - она потянула за подол футболки Ноа, тот от неожиданности потерял равновесие, с грохотом свалился на стул, задел ногой Влада, который зашипел от боли, на них зашикало половина группы и на несколько минут класс превратился в подобие серпентария, разбуженного посреди зимы.

Они пытались. Пытались сидеть смирно, не переговариваться, внимать словам педагога и быть послушными учениками. Но лето, каникулы и тяжелый учебный год позади не давали им надолго сосредоточиться на фигуре Эйда Хартли, постоянно сползая на что-то более интересное. Но они старались. Очень. Особенно Влад, чинно сложив руки на колени и вновь пожирая преподавателя глазами. Ему было без разницы, в качестве кого его выберут в состав ансамбля, Влад был готов хоть стриптиз танцевать, но ещё час назад его единственным желанием было, чтобы хоть кто-нибудь из лагеря его с позором выгнал и он бы гордо и несломленно собрал чемоданы и уехал бы. В Париж. Но сейчас, кажется, его планы резко поменялись. В Париж он ещё успеет, может парни даже задержатся, чтобы потусить с ним, а вот мистера Хартли в Париже нет. Он здесь. Смотрит внимательно на него тёмными красивущими глазами и вдохновляет на… всякое. 

-  Могу спеть, сыграть, станцевать, что хотите могу сделать, мне бежать некуда, до России далеко.   

[status]очень озабоченное солнышко[/status][icon]http://s7.uploads.ru/yfYGk.jpg[/icon][sign] ЛАГЕРЬ ЕСТЬ ЛАГЕРЬ, СРОК НАДО ОТБЫТЬ ПОЛНОСТЬЮ. [/sign][lz]ВЛАДЕНЬКА ТРОЕКУРОВ, 16
» отбывает ссылку в творческом лагере в Ирландии, пытается в рок-музыканта
» ориентируется на всё, даже если оно уже давно не шевелится, но мистер Хартли всё-таки се-е-екси
[/lz]

+1

5

- Хорошо, гитара и фортепиано - это отличный стартовый набор. Почти как джентльменский.

У Ноа, закономерно, оказалась бас-гитара, и почему-то Эйд не был удивлен. В этой двоице все буквально орало гроулом о том, что они созданы друг для друга и теперь счастливы вместе. Он усмехнулся. От этого осознания не могло не хотеться улыбаться и не могло просыпаться тепло в груди. Лагеря, университет, какие-то курсы - все это способы встретить неожиданно своего лучшего друга, который будет твоей надежной творческой опорой, вдохновителем и долгосрочными творческими отношениями. По сути, ради таких дружб все в этом лагере и затевалось, а навыки - это уже дело второе. Он помнил, как познакомился с Ли или Маршалом когда-то и, кажется, перед ним еще один такой же замечательный союз. Потихоньку он начал понимать замысел Ли в отношении его ссылки сюда...

Еще, помимо хорошо сочетающихся инструментов у них, правда, оказалось еще какое-то количество неиспользованного шума.

- Отставить реслинг в ООН. Еще не время. Время рассказать, ради чего мы все здесь собрались.

Класс затих, слушая его, и в то же время тишины не чувствовалось: воздух вокруг все равно как будто бы бурлил, невидимые подводные течения проносились по рядам стульев, потому что молчать подростки не могли. Эйд не мог разобрать шепотков, но покуда они не были слишком громкими. он не мешал им общаться, принимать решение, взвешивать, потому что почти никто не был отвлечен от того, что он говорил, почти все взгляды были все равно направлены на него.

Как-то невовремя вспонилась дурацкая шутка Марка, проползая по позвоночнику легким холодком и на миг придавая взглядам совершенно не нужный окрас и вызывая непрошенные давно забытые мысли. Мысли из совсем другой жизни, которые в этой казались смехотворными и жалкими. Неоправданно заносчивыми к тому же.

В реальность его вернул очередной резкий шум на фоне подростковых бурлений - и вновь те же нарушители спокойствия, снова искренние извинения. Да уж, этих парней он точно запомнит. Хоть клички им уже давай - как будто они не только познакомились, а у них уже была целая продуктивная учительско-ученическая история. А что, почему бы и нет? Один будет Ронуизли, второй Гаррипоттер. И вряд ли кто-то его обвинит в подобных ассоциациях. Разве что Влад для Гарри Поттера слишком уж привлекал взгляд Эйда, потому что на нем этот самый взгляд отдыхал. Уже сейчас красивый, в будущем Влад еще немного возмужает, станет более складным и будет еще сильнее привлекать к себе других людей. Как-то даже неловко ловить себя на мысли, что его бы такое тоже привлекло...

"Господи, Ли, как ты вообще работаешь? Это же просто какой-то ад... Не удивительно, что так много киношек про это..."

К счастью, долго говорить ему было особо не о чем, и можно было перейти к практике

- Вот и замечательно. Похвально, что вы оба полны энтузиазма, - кажется, в его голосе все-таки проскочили какие-то странные нотки сарказма, хоть энтузиазм и был настоящим. Интересно, почему бы? - Давайте, выходите-ка сюда.

В отличие от Влада, рыжий Ноа очевидно почувствовал подвох и готовности Влада не разделял. Совсем. Наверное, из них двоих только он подумал о том, что они обрекли себя на то, чтобы первыми выйти пред очи всего класса и что-то сделать. А значит, возможно, опозориться. И это несмотря уже на статус любимых дурачков старшеньких групп.

- Это тебе, - он вручил притухшему Ноа уже подключенную бас-гитару, сняв ее со стойки, а Владу тут же протянул обычную электро-лошадку, дешевенькую, но крепкую и также подключенну к усилку. Лагерь явно был осведомлен о том, какими инструментами лучше снабжать детей. - А вот это тебе. Судя по списку, у нас сейчас в классе есть все инструменты, на которых вы играете, или, как минимум, хотя бы один из репертуара каждого, так что сегодня все желающие смогут показать, что умеют. По желанию, конечно, - он обращался уже ко всему классу, попутно включая усилок. - Заодно я покажу, чем мы примерно будем заниматься. Господа опоздавшие, - он снова развернулся к своим первым "жертвам", - сыграйте нам что-нибудь. Что-нибудь простое и что вы оба знаете. Я уверен. что такое найдется.

Вместе с Эйдом на горе-опоздунов уставился весь класс, шуршащий и переговаривающийся. Эйд же старался не улыбаться. Он-то загодя знал, что скорее всего то, что он сейчас услышит, будет плохо. Так или иначе. Штука в том. что даже будучи профессиональными музыкантами, нельзя просто так придти и сыграть. Шон Бин из мема соврать не даст. Ну, то есть, сыграть-то конечно можно, оно даже будет похоже на музыку. Неискушенный слушатель даже скажет: "Вау, как круто!" - но если вслушаться, то станет видно что у этого набора нот нет слаженности и души. Это просто механическое создание звука. Даже сессионные музыканты никогда не приходят, не отыгрывают сразу программу, а некоторое время репетируют и притираются друг к другу так же, как если бы они были постоянным ансамблем. Никакое мастерство не спасет тебя, если ты не чувствуешь своих партнеров, если вы не нашли общих точек понимания того, что вы играете. Хоть каких-то.

Когда он только пришел в свой оркестр - бывший оркестр - первое, что сделал дирижер - заставил его сыграть с первой скрипкой, к неудовольствию последней. И это было похоже на избиение младенца и купание в реке презрения, изливавшейся из глаз местной первой дивы на деревне. Интересно, он только что в память об этом событии вытащил это задание и кинул им в двух подростков, или это правда имело хоть какой-то смысл?

- Попробуйте сначала сыграться по-быстрому, не нужно сразу начинать мочить нас риффами. Мы пока в режиме демо-версии, - Эйд коротко улыбнулся, ободряя немного потерявшихся ребят.

Светлоглазому Владу шло замешательство... Ну, или, по крайней мере, ему шло что-то искать внизу, в направлении пола.

0

6

С электрогитарой Влад был не то чтобы совсем незнаком, но играл всего несколько раз. У пацана из параллельного класса, который жил с Владом в одном пафосном доме, что фактически делало их друзьями с первого узнавания адреса, была школьная группа, играющая “типарок” и всякую русскую попсу для учителей на праздниках. Влад тоже играл для учителей на празднике, - все играли, кто имел несчастие засветиться в музыкальной школе, - но на классике и либо романсы, либо фламенко. Учителя женского пола обычно были в восторге. Влад ловил свою порцию оваций,  расстреливал всё живое в зоне видимости серыми глазами и обаятельно улыбался, излучая убойную дозу дружелюбия.

Связывать свою жизнь с профессиональным исполнением он не собирался, поэтому хоть и играл дома часто, но исключительно для себя и то, что нравилось, а не то что требовалось для развития таланта и мастерства. Но в себе всё равно не сомневался, хотя это в любом случае не решало проблему с неумением играть на электрогитаре.

Зато на сцене он чувствовал себя как сладкоголосая сирена в воде возле корабля, набитым истосковавшимися в долгом пути моряками. Ещё с детского сада, где он постоянно участвовал во всей групповой движухе и играл то снежинку, то листик, то собачку, один раз был даже репкой. Репкой ему не понравилось, слишком мало действий, зато весь спектакль был ради него одного. Поэтому он внёс коррективы в сценарий воспитательниц, и после присоединения к команде садоводов мышки ещё несколько поупрямился, поломался и, изображая невыносимые тяготы страдающего корнеплода, которого тащат из родного дома в салат - вытянулся-таки под радостные крики всех, даже родителей.

Маленький Владик с самого детства обожал внимание к себе любимому, так что пара десятков глав, устремлённых в его сторону только ласкали со всех сторон. А вот Ноа, похоже, не так уверенно чувствовал себя на сцене, уткнулся в выданную бас-гитару и перебирал струны, изучая инструмент. Вблизи мистер Хартли всё ещё оставался се-е-кси, и Влад на несколько секунд замер, не отказывая себе в удовольствии рассмотреть преподавателя с головы до ног и обратно. И даже постарался не слишком залипнуть на слегка выпирающей ширинке. Буквально чуть-чуть, сложно сказать, что там было настоящего, а что дорисованного воодушевлённым мозгом Влада.

Но это пока не главное. Влад задумчиво облизнул губы, забрал гитару и уставился на провода, тянущиеся от неё к усилителю. Он всё ещё не умел на ней играть. Конечно, можно было попросить классику, но тогда это значило, что он сдался и неудачник. А он не был неудачником. К тому же мистер Хартли попросил сыграть на электро-, а не классике, и следовало впечатлить его. А как впечатлить преподавателя игры на электрогитаре неумением играть на электрогитаре?

У классики более широкий и короткий гриф, и звук извлекается из корпуса, поэтому удар по струне должен быть сильным, в электро  - другая постановка рук, и звук передаётся на усилитель, поэтому струны требовалось гасить, чтобы не получалось грязи. В теории он это всё знал, но практики было слишком мало, что потрясти всех своим гитарным гением.

-  У нас же всё нормально? - тихо спросил Ноа, заметив признаки тяжких раздумий на лице своего русского друга. - Ты же умеешь на ней играть?
-  Нуу, - Влад пожевал губу, - гипотетически - умею.
-  А практически?
-  Немного.
-  Насколько немного?
-  В Dream Theater меня не возьмут, если ты об этом. Что будем играть?
-  Dream Theater точно не будем, - хмыкнул Ноа. - Что-нибудь попроще. Драгонетти? Если ты сможешь на гитаре партию фортепиано.
-  Драгонетти? - скривился Влад. - Серьёзно? Мистер Хартли сказал, что у нас тут эстрада и завездушки, а ты хочешь без репетиции запилить Драгонетти? На электрогитаре? Да ты оптимист, бля, - последнее слово он добавил тихо и на чистом русском языке. - Помнишь мы играли девчонкам “Арктиду”? Я ноты давал. Там элементарная гитарная партия.
-  Там вообще нет гитарной партии, - заржал Ноа. - Хитрый засранец. Что там? Ля-бемоль, соль-бемоль…
-  Ре-бемоль, ми. Бемоль, - подхватил Влад, помнящий аккорды наизусть. - И снова ля. - Ноа кивнул и быстро наиграл мелодию, посматривая на реакцию друга. - Ну, в крайнем случае симпровизируешь.
-  Да легко. Импровизация - наше всё. Ну что, поехали? Или распоёшься? Спой мне ту классную песню, помнишь, про лошадей?
-  Ходят ко-они? - напел Влад.
-  Да-да, её, крутая штука. Ну давай, сделай папочке приятно, - дурачился Ноа.
-  А в конце смены они поженятся и Влад нарожает Ноа много красивых, рыжих детишек, - громко и на весь класс произнесла Лиз, откидывая назад копну роскошных, длинных кудрей. Вместе с ребятами она перебрала поближе к сцене и событиям.
-  А почему я буду рожать? - на автомате возмутился Влад под хохот аудитории.
-  То есть про жениться ты не против? - рассмеялась Лиз.

Ещё несколько минут на отсмеяться, покрасоваться перед трибунами, ещё одно виноватое “простите” Эйду, и в классе снова воцарилась не слишком гробовая тишина. Главное отличие творческой группы от обычного школьного класса - в мотивации. Здесь все хотели находиться, потратили много денег и усилий, чтобы попасть сюда, и пусть детская природа вырывалась периодически из-под контроля, чтобы поиграть и побеситься, но успокаивались все довольно быстро и сами.

Влад пощёлкал по микрофону, проверяя подключен ли он, отрегулировал по росту, театрально замер в драматической позе и вскинул руку, приветствуя публику. Публика послушно похлопала. Он прокашлялся, слегка повилял задом и протянул первые строчки советского хита. Разумеется - на русском:

-  Ходят кони над рекою, ищут кони водопоя,
   А к речке не идут - больно берег крут.

Он не сразу поймал свой голос, вначале чуть сорвавшись, а затем и вовсе запнувшись, потому что было странно слышать себя со стороны из усилителя, пусть и не слишком громко, не выбивающе барабанные перепонки, как на концертах в клубе, но наушников у него не было. Впрочем с каждой строчкой, с каждым растянутым и вибрирующим словом он приноравливался и привыкал. В конце концов он не новичок.

-  Ни ложбиночки пологой, ни тропиночки убогой.
   Как же коням быть? Кони хочут пить.
   Вот и прыгнул конь буланый с этой кручи окаянной.
   А синяя река больно глубока.
   Ходят кони над рекою, ищут кони водопоя.

Аппаратура искусственно продлила последний звук, и в классе воцарилась основательная тишина. Влад пожал плечами и поудобнее перехватил гриф гитары.

-  Это грустная песня про то, как лошадки мучались от жажды и искали попить. Но берег оказался слишком крутой, и один конь утопился, рискнув напиться. Ну а сейчас мы попробуем сыграть песню Дождь группы “Арктида”, не судите строго, я не очень умею играть на электрогитаре, - кокетливо сказал Влад и обменялся взглядами с Ноа.

Тот сосредоточился и ещё раз пробежался по струнам, настраиваясь на песню. Начало было его, несмелое и неуверенное, но как и перед этим Влад, он быстро сориентировался и позволил музыке захватить его. Ноа играл с семи лет, целенаправленно шёл в карьеру музыканта и влюбился в звуки раньше, чем в первую девочку.  Он понимал, что Владу сложно и вывел на первый гитарный план себя, оставив ему то, в чём тот был лучше - голос.

-  Снег по весне недобрый,
   Мучает в сотни жал.
   Кипы вселенской боли
   На облаках лежат.

   Падает белый молот,
   Падает на меня.
   Холод, отвязный холод
   Небо с землёй сравнял.

   Вечная скрипка ноет,
   Шепчет, что всё путём.
   Даже сейчас, весною,
   Ты не пришёл дождём.

Влад смухлевал, нагло и откровенно. выбрав очень простую песню, в которой основной упор шёл на бас-гитару, а точнее партию, которую мог сыграть на басу Ноа, ему оставались несколько несложных переборов между куплетами, всё остальное он решил компенсировать голосом. Также с элементарной мелодией и нарочито небрежной манерой исполнения, будто певец чуть не попадает в ритм и ноты, которая к концу распевалась и показывала себя во всей красе, подводя к кульминации. И то, что музыканты иногда сбивались и с темпа и с правильных аккордов не выбивалось из этой небрежности, а только подчёркивало её. А русский язык, неизвестный никому, придавал песне экзотическое очарование.

-  Как ты давил педали!
   Трусов бросало в дрожь.
   Мы лишь слегка отстали,
   Мы на подходе, Дождь...
   На подходе, Дождь.

  Мысли свалялись комом,
  Бьются о парапет.
  Душам людским бездомным
  В мире покоя нет.
  Держит удар апреля
  Вымерзшая земля.
  Знай, я ее согрею,
  Слышишь - сумею я!

  Нам недосуг бороться,
  Мы наугад идём.
  Чья-то душа прольётся
  В душу мою дождем.
  Как ты давил педали!
  Трусов бросало в дрожь.
  Мы лишь слегка отстали,
  Мы на подходе, Дождь.

  Мы не устали, ещё не устали.
  Кто-то над нами заплатит за нас.
  Там, в гулком зале, на главном экране
  Ждёт победителей новый сеанс.

К своим шестнадцати годам  Влад научился быть хитрым и изворотливым там, где это требовалось. Он понимал, что с его акцентом, которым, по словам преподавателя языка, только преступников расстреливать, песня на английском не сможет произвести ни малейшего впечатления, а русский он чувствовал, знал, и то, что не добирал мастерством, дотаскивал эмоциями и страстью.

И надеялся, что этой страсти хватит, чтобы мистер Хартли не особо обратил внимание на пару-тройку фальшивых аккордов, которые он банально забыл.   

[status]очень озабоченное солнышко[/status][icon]http://s7.uploads.ru/yfYGk.jpg[/icon][sign] ЛАГЕРЬ ЕСТЬ ЛАГЕРЬ, СРОК НАДО ОТБЫТЬ ПОЛНОСТЬЮ. [/sign][lz]ВЛАДЕНЬКА ТРОЕКУРОВ, 16
» отбывает ссылку в творческом лагере в Ирландии, пытается в рок-музыканта
» ориентируется на всё, даже если оно уже давно не шевелится, но мистер Хартли всё-таки се-е-екси
[/lz]

0

7

Знакомство почти со всеми старшеклассниками лагеря разом живо напоминало Эйду его первое знакомство с оркестром. Как изначально ты, никого не зная, приходишь в уже живущий по своим законам организм, беспрестанно дышащий, шевелящийся, в котором все циркулирует несколькими сложными путями, что-то переваривается и выплевывается. Ты стоишь супротив этого всего, с одним лишь инструментом наперевес и даже не знаешь, как ко всему подступиться сперва. Точнее, сначала тебе банально кажется, что тебя просто сожрут, и ты выйдешь где-то со стороны тубы. Уползешь с позором, скрученный в валторну, и больше не вернешься. Затем мозг велит тебе успокоиться, взять секундный брейк и предлагает все-таки есть слона порциями. А это уже хоть какой-то план, успокаивающий сознание и не дающий метаться в бесплодных попытках ухватиться за что-нибудь.

В начале, вместо инструмента, Эйд мог прикрыться только уставными отношениями, перекличкой, рассказом, но все это быстро улетучилось и дальше не возникнет. Так что теперь, когда он заполнил пространство подростков хлебом и зрелищами за счет местных любимых шумогенераторов, он смог параллельно заняться разрезанием слона на порции путем простого наблюдения за своими возможно будущими подопечными.

Стоит лишь присмотреться к оркестру, и оказывается, что огромный дышащий монстр не защищен никакой шкурой, и все его внутренности наружу, можно рассмотреть каждую в отдельности и даже разные еще части. И даже паника совсем проходит, когда ты видишь, что первая скрипка будет вести себя высокомерно и нелепо, что все представители перкуссии - меланхоличны и индиферрентны, что вторая виолончель все время хочет побыстрее свалить и заниматься жизнью, а не работой. В полненьком бородаче угадывается душа компании и тот самый чувак, который зовет всех в паб после субботней репетиции... Организм распадается на более понятные человекочасти, к каждой находится подход, а затем - находится баланс. Где-то между этим проступаешь ты сам. Если повезет.

В разношерстной компании детей, которых не могли уравнять даже лагерные футболки легко угадывались все те же типажи, которые находятся в каждом большом сборище людей. Например, уже сейчас навскидку Эйд, не обладающий опытом преподавания и уж тем в лагере, мог все равно прикинуть, сколько человек придет на следующее занятие и кто это будет: они смотрели на Влада и его приятеля не просто как на хлеб и зрелище, но уже прикидывали себя мысленно на их месте, они были увлечены, перебрасывались друг с другом фразами, почти не поворачиваясь. Среди них, например, была Лиз, часто вступавшая в полемику с сегодняшними звездами. Лиз из тех людей, с какими Эйду приятно и нравится работать: ботаник нового типа, прямиком из времени, когда это стало не только не зазорно, но и модно. Отличница или почти отличница, про социальную жизнь не забывает, знает, что ей нужно для успешного будущего. Не требует в общении ничего сверх адекватности и конструктива, но точно тебя возненавидит, как руководителя, если будешь пытаться указывать ей на ее незрелость, молодость, неопытность или что-либо в этом духе. Была пара парней, которые останутся, но будут спорить во всем, постоянно ссылаясь на "великих". Была парочка, кто будет пытаться срывать дисциплину, просто потому что она делает им не комфортно при долгом соблюдении. Круговерть мелочей, складывающихся постепенно в тестовую картинку.

Может быть, вся эта новая задача с детьми и их обучением не такая и плохая идея. Правда, он забыл учесть Влада и Ноа. А вот с ними... С ними будет сложно. Ноа сам по себе, судя по всему, был достаточно спокойным и покладистым, но спевшись с русским товарищем, на всех парах понесся в сторону революции в какой-то момент. Так бывает, когда общаешься с русскими. Так что в итоге, сложно ему будет Владом, и понял он это почти сразу, как только тот объявился в классе.

Это не шум и не любовь к бытию в центре внимания - как раз с такими людьми понятнее всего, что надо делать и как ими манипулировать при необходимости. Тут было нечто иное. И это даже не то, что Влад как-то автоматически притягивал взгляд - внешностью, голосом, поведением, - и даже не то, что у Эйда есть некая иррациональная слабость к подобным людям еще со школы (во всех смыслах). Это нечто читалось в долгих взглядах, в которых угадывалось неясное намерение и направление и в том, как совсем чуть-чуть, но изменилось поведение Влада, стоило им всем познакомиться друг с другом. Хотя, скорее всего, он просто придумал себе это все, потому что паранойя новичка не может позволить допустить его мозгу и мысли о том, что все прошло просто хорошо и так останется, несмотря на то, что он настолько неопытный препод и общатель подростков, насколько это вообще возможно.

Во время передачи инструмента они вновь встретились оценивающими взглядами, но Эйд сделал вид, что не заметил излишне долгого скана себя глазами.

- У тебя же есть опыт игры не только на классике? Если что. акустика у нас тоже есть.

Но что-то подсказывало, что даже если опыта и не было, черта с два Влад теперь отпустит электрогитару, пока не сделает. что попросили. Упрямство и хорошая мина при плохой игре читались на нем, как буквы в детской книжке - крупно и без усилий. Находка для психоаналитиков. Но Эйда все равно улыбнуло проскользнувшее по лицу парня легкое замешательство в начале обдумывания того, как осуществить то, на что подписался.

Он покинул творческое пространство парочки, чтобы не мешать, и, скрестив руки на груди, оперся заднице на подоконник рядом с одним из забитых детьми стульев. Ноа и Влад совещались, как игрки на командной викторине. Или как футболисты с тренером. Говорили они настолько тихо, что слышно даже близко не было, о чем, что не понравилось жаждущим зрелищ. Подбадривания Эйд прерывать не стал, только ухмыльнулся краем рта, пока остальной класс ржал над шуткой.

Времени еще было много, а кое-кто неистово наслаждался вниманием. Сложно сказать, что смотреть на это не было приятно. Как невероятно хреново играющая группа, при этом завораживающая харизмой и энергетикой. Как раз хреновой игры он и ждал, так что все шло по плану.

Кроме того. что у Влада в песенной форме голос оказался еще более приятным и даже красивым. Абсолютная витеватость русского языка, хранившая загадку содержания, только вынуждала сосредоточиться на нюансах, выгодно оттеняя и даже маскируя неверность в начале и общую хрупкость, какая бывает, пока ты еще подросток, и твой организм борется за полностью взрослое тело, как оборотень в полнолуние. И это была только разминка, прервавшаяся пояснительной перебивкой, которая никому не была нужна, но которую приняли, потому что ребята к Владу уже привыкли (в отличие от Эйда), и вот после-то парочке все-таки удалось чуть сбить умиротворившегося на короткий срок слушателя внутри Эйда.

Первые аккорды резанули слух разухабистым вхождением в не то время обеих гитар. О, он видел. что пытались сделать хитрые засранцы. Как пыталась бас-гитара замаскировать слабую и слабо сыгранную партию электро, и как отчаянно Влад начал пытаться замаскировать и то, и то звучанием своего голоса, которым явно владел лучше, чем инструментом в руках. Он честно внутренне морщился от каждого непопадания сначала, мысленно ставил галочки замечаний и отмечал неслаженности, но в итоге забил, просто слушая эту какофонию с одного усилка. Тремоло связок Влада скатывалось по позвоночнику, причесывая волоски на теле чистыми эмоциями. Он снова не понимал содержания, но акценты и интонации были более чем красноречивы. Проходились по... но нет, не стоило определенно думать об этом сейчас.

Взгляд Влада был везде и нигде - тот смотрел из-под ресниц сквозь класс, словно и правда выступал на сцене, и это было на редкость не нелепо. Эйд бы даже сказал, что это было красиво. Почти недостижимо красиво, как на его вкус.

Песня стихла - осталось лишь потрескивание усилка и едва слышная басовая нота - это Ноа чуть задел струну, но класс уже заулюлюкал и зааплодировал. Эйд подхватил хлопки, улыбаясь и отлипая от подоконника.

- Ну что, у нас есть как минимум один вокалист и как минимум огрызок одной команды! Поздравляю, это был отличный музыкальный каминг-аут. Теперь мы знаем, что ориентация Влада - вокалист, но он уже почти женат на басу. Джентльмены, а теперь немного ближе к тому, что мы будем делать потом. Например, мы будем конструктивны. Сейчас я немного расскажу вам, что я услышал, и что с этим делать.

Потрескивание и легкое шипение раздражало, поэтому он выключил усилок, неизбежно снова оказываясь рядом со звездами утра.

- Во-первых, Влад и Ноа продемонстрировали нам кое-что очень важное: не всегда музыка - это просто музыка. Важно понимать своих товарищей, когда вы делаете вместе что-то и важно уметь быть на одной волне, чтобы договориться в условиях, когда у вас есть препятствия. Да, не думайте, что я не заметил, как вы пытались выкрутиться из ситуации с гитарой. И вы сделали это более чем достойно, выставляя на передний план свои достоинства и уводя в тень недостатки.

- Это, что, получается, играть совершенно не обязательно уметь? - прервал встрепенувшийся голос с задних парт

- Да нет же, не об этом говорят! А что, если ты чего-то не умеешь, это не значит, что ты не умеешь всего остального и нужно уметь работать с тем, что есть, делая из этого качество. И что нужно быть командой.

- Спасибо, Лиз, - Эйд улыбнулся своей гермионе (а что, поттеруизли у него уже есть) - В общем, примерно так. Во-вторых... Как я и говорил в начале - даже если вы профи и даже если вы лучшие друзья. это не гарантирует вам никакой гладкой сыгровки с первого раза. Попадать друг в друга не только по нотам, но и в тон с настроением - это тоже работа, которая должна быть проделана. И даже если ваши навыки на момент начала не велики, если вы попадаете друг в друга и сыгрались, это все равно будет звучать куда лучше, чем сверхтехничное исполнение без души. У вас двоих, - он повернулся к Владу и Ноа, - драматичность не совпала местами. Кое-где Влад уводил вверх, а Ноа оставался там же или уводил вниз. Это без учета сбежавших аккордов. Я смогу помочь, если вы захотите над этим поработать. Но это все равно была очень красивая песня, спасибо вам. И за урок русского языка заодно.

Он еще раз похлопал вместе с классом, наконец-то отпуская двоицу со сцены. Особенно сильно наседать на них в демо-занятие он не хотел, убегут еще. А ему почему-то этого не хотелось.

- Осталось только найти вам третьего для шведской семьи и все у вас будет замечательно. В музыкальном плане, конечно... Ну, - продолжил он под очередной смех, - кто-то хочет попробовать еще или мы все дружно отправимся пораньше на второй завтрак?

+1


Вы здесь » CELTIC WAY » AU » sweet face better taste;